1

На дворе стояло лето. Пыль, жара и скука. На улице делать было нечего, дома тем более. Хотелось куда-нибудь поближе к воде, к природе, но загородных домов у нас не водилось.

- Вовка, у меня для нас хорошая новость! - это вернулась домой мама, чем-то чрезвычайно довольная.

- Какая еще новость?

- Мы едем на дачу!

Я озадаченно уставился на нее.

- Мам... Ты это. . перегрелась? У нас вообще-то нет дачи.

Она рассмеялась.

- У нас нет, а у родственницы моей есть. И она не против, чтобы мы там пожили. Так что ты едешь туда завтра же, а я кое-какие дела закончу и тоже приеду через пару дней.

Ехать одному не хотелось, но мама убедила меня, что торчать здесь просто преступление, в то время как там меня ждет лесок, речка, свежий воздух и вообще здоровый образ жизни. А так же тетя Лена, мамина двоюродная сестра, которая встретит меня, будет жить там, кормить и присматривать за мной, пока не приедет мама. На мои опасения, что дача предполагает наличие огорода, на котором нам придется вкалывать, выяснилось что он там есть, но маленький и делать с ним в это время особо нечего. Предложение выглядело просто идеальным и мне пришлось согласиться.

На следующий день, покидав в рюкзак вещей на первые дни, я отправился на автовокзал. Ох, эти дачные автобусы в разгар сезона! Еще издали я заметил толпу с мешками, кошелками и сумками, собравшуюся у автобуса. Приблизившись, я убедился в своих подозрениях - мне тоже нужно было ехать на этой нерезиновой развалюхе. Воспользовавшись тем, что кроме полупустого рюкзака вещей у меня не было, я ввинтился в толпу и стал пробираться к дверям, рассчитывая попасть внутрь в числе первых. Это сулило возможность если не сидеть, то хотя бы стоять у окна в тихом уголке. Не успел я совсем чуть-чуть. Водитель открыл дверь и толпа внесла меня внутрь, протащила по салону и отбросила к боковому окну в хвосте автобуса. Но вдоль окна уже пристроились те, кто был впереди меня, так что мне досталось место во втором ряду. Автобус продолжал наполняться, сзади на меня давили все сильнее и сильнее. Наконец все везунчики оказались внутри, а неудачники остались снаружи. Двери закрылись с четвертой попытки и мы отправились в путь.

Дорога предстояла длинная, опустив рюкзак на пол я огляделся вокруг, насколько позволяла теснота. Впереди у окна стояли две женщины. Одна, которая правее, лет 35, со спины вроде очень даже ничего. Та, что левее - похоже, уже за 50, круглая такая тетка. Сзади и с боков оказались мужики, типичные дачники-огородники средних лет, в камуфляже, с пивными животами, толкающими меня на каждой кочке. Спрессованы мы были так плотно, что даже опущенную руку поднять было невозможно. К счастью, таковой у меня оказалась только правая, левую я заблаговременно протянул над плечами женщин, ухватившись за поручень.

Выбравшись из города, старый автобус не спеша потрусил по трассе. За окном проплывали стандартные пейзажи - лесополосы, разноцветные квадратики огородов, деревеньки. Вскоре мне все это наскучило. Тут я заметил, что моя правая рука касается чего-то непонятного. Разглядеть это из-за тесноты не представлялось возможным, но прикинув примерное местонахождение, решил, что это край платья одной из женщин, той, что помоложе. Подумав еще раз, я пришел к выводу, что это очень короткое платье, если край находится на уровне ладони. А может, я ошибаюсь? Все-таки не молоденькая девочка. Вопрос длины этой одежды занял мои мысли полностью. Поймав себя на этом, я решил - надо проверить экспериментально, просто продвинув руку вперед. Если там окажется нога - это короткое платье, если нет - буду дальше думать, что бы это могло быть. Скоро подвернулся удачный ухаб, нас встряхнуло и рука моя, будто бы невзначай, ткнулась в голую женскую ногу. Все ясно - это короткое платье. Однако ощущение гладкой ножки, прижатой к моей руке, мне понравилось. Набравшись наглости, я прикоснулся еще раз. Женщина, сжатая со всех сторон, обеспокоенно завертела головой. Я, делая вид что ни при чем, задумчиво смотрел в окно прямо перед собой. Остальным мужикам и притворяться не надо было, они и так были ни при чем. Не определив никого подозрительного, женщина вновь уставилась в окно. В голове промелькнула мысль оставить эти забавы, но безнаказанность манила все сильнее. Плюнув на все, я погладил бедро снизу вверх. Она задергалась, завертелась, оглядываясь, но по нашим лицам догадаться опять ни о чем не получилось. Попытка свести ноги тоже не удалась, видимо из-за ее же багажа, стоящего на полу. И руку опустить она тоже не смогла, первым же шевелением вызвав недовольно соседей. Моя же рука, невидимая ей, уже смело поглаживала ее ноги. Похоже, решив, что лучше потерпеть эти шалости, чем поднимать скандал на весь автобус с призрачным шансом уличить наглеца, она вновь отвернулась и застыла в прежней позе. Одержав победу в этом раунде, я двинулся дальше. Точнее, выше. Моя рука не торопясь переползла на попку, прикрытую трусиками. Погладив и ее, я пришел к выводу, что через трусы это не так интересно. Рука немедленно нырнула под резинку снизу. Во-о-от, совсем другое дело. Поглаживая ее, я заметил, что женщина уже перестала вздрагивать при каждом сильном прикосновении и вроде бы даже расслабилась. Зато мой член стоял как столб, заставляя меня думать о том, как бы не задеть ее им, ибо дальше догадаться кто шурует под платьем будет нетрудно. Между тем рука моя, забравшись в ложбинку между ягодиц, медленно поползла вниз. По мере моего продвижения женщина все больше нервничала, напрягая мышцы и пытаясь повернутся. Пик беспокойства случился, когда я миновал сморщенную дырочку ануса. Она особенно сильно дернулась, соседи недовольно заворчали и обреченно вздохнув, она оставила эти попытки. Тем временем мои пальцы подобрались к влагалищу. К моему удивлению, оно оказалось влажным. Это что, получается мои действия ее возбуждают? - подумал я. Рука двинулась дальше, пытаясь нащупать клитор... ага, вот и он. Я принялся осторожно поглаживать его. Решив, что смазки для этого маловато, я вновь отправился к текущему отверстию. В этот момент автобус резко подпрыгнул на кочке и мой большой палец провалился во влажную горячую норку. Этого она не ожидала. Встав на цыпочки попыталась слезть с пальца, что ей почти удалось, но я снова вогнал его внутрь и замер, плотно прижав ладонь к промежности. Поняв, что и эта попытка не удалась, она приняла первоначальное положение. Обнаглев окончательно, я начал трахать ее рукой, при этом подпрыгивающий автобус привносил элемент неожиданности в мои размеренные движения. Скоро я даже заметил нечто похожее на встречные колебания с ее стороны и понял, что конец близок. Мне стало даже интересно, как будет выглядеть ее оргазм в переполненном автобусе на глазах пассажиров. Однако все произошло практически незаметно - грохот в салоне старой развалюхи надежно заглушал все звуки, женщина просто замерла, сжав мою руку, и медленно расслабилась, повиснув на поручне. Ехать нам оставалось еще с полчаса, я решил повторить и возобновил манипуляции рукой. На этот раз она не сопротивлялась и даже попыталась расставить ноги пошире, что ей не удалось из-за тесноты. После второго оргазма пришло время готовиться к окончанию путешествия. Вынув руку из-под платья, всю мокрую от ее выделений, я осторожно вытер ее о полу куртки стоящего рядом мужика. Женщина опять огляделась, надеясь, что уж теперь-то злодей чем-нибудь себя выдаст, и снова безрезультатно. А вот и остановка.

Автобус заскрипел тормозами, двери открылись, замученный народ повалил наружу. В салоне стало ощутимо просторнее. Вдохнув наконец полной грудью, я подхватил рюкзак и направился к выходу. Женщина шла следом, внимательно вглядываясь в попутчиков. Да, ее платье было коротковато, но и ноги вполне заслуживали, чтобы их не скрывали. Выйдя на улицу, я тут же отправился к ближайшим кустам - член стоял по-прежнему, яйца лопались и с этим надо было что-то делать. Метод был известен с древних времен - едва оказавшись в более-менее уединенном месте, я выдернул из штанов своего дружка и начал яростно дрочить. Через мгновение ближайшее дерево уже было залито моей спермой, живописно стекавшей по стволу. Отдышавшись, я вышел на дорогу и отправился к дачам вслед ушедшим вперед попутчикам.

Относительно легко я нашел нужную улицу и дом "одноэтажный голубого цвета с красной крышей", вошел в открытую калитку и постучал в дверь. Дверь открылась, и здесь меня поджидал легкий шок. Сначала в глаза бросилось знакомое платье, затем прическа. Лицо тоже я узнал сразу. Это была та самая женщина из автобуса. Лицо предательски покраснело.

- Здравствуйте... Это вы - тетя Лена? А я - Владимир.

- Здравствуй, Владимир - тетя Лена заулыбалась - а я только что приехала. Думала, ты вечерним автобусом будешь, а оказывается, мы вместе ехали, я тебя припоминаю. Ну заходи.

Тут же я был препровожден в комнату, отведенную мне, ознакомлен с расположением кухни, телевизора и туалета (во дворе) , после чего предоставлен сам себе до обеда. Пообедали мы на свежем воздухе, на открытой веранде, после чего по местным порядкам полагалось поспать. Я честно пытался, но происшествие в автобусе никак не давало заснуть. Член стоял как кол, а в голове снова и снова прокручивались эпизоды этого путешествия. Через час, плюнув на все, я отправился в туалет, с облегчением там подрочив. Однако сон так и не шел и поворочавшись часов до пяти, я был поднят тетей Леной и позван работать в огород. Работы действительно было немного, надо было просто собрать созревшую клубнику. Тяжкий труд скрашивал вид сзади на стоящую раком на грядке тетю, от которой для лучшего обзора я отстал на пару метров.

- Лен, привет! - неожиданно раздался незнакомый бас. - Что, опять приехала? А кто говорил, что ноги моей больше здесь не будет? А это кто это с тобой?

2

Через забор свесился и ухмыляясь смотрел на нас незнакомый дядька.

- Привет, Вась. - ответила тетя Лена. - Да, вот приехала. Клубника ж пропадает, жалко... А закончится, и не увидишь ты меня здесь. А это - это родственницы моей сын на лето приехал. Сама она попозже будет.

- Ну-ну... . - протянул дядька. - ты это, Лен... Вечером заходи, приезд твой отметим... И пацана приводи, ага?

- Ладно, Вась, посмотрим.

- Не "посмотрим", а приходите. - с этими словами дядька скрылся в глубине своей территории.

- Теть Лен, а это кто? - спросил я.

Оказалось, это сосед, живущий здесь все лето и большую часть осени. По просьбам соседей, присматривает за их участками, пока они отсутствуют. Любит выпить, а вообще-то мужик неплохой. Поэтому вечером мы наведаемся к нему в гости. Меня это не сильно удивило, соседи и должны дружить. Я вновь склонился над грядкой, изредка бросая взгляды на маячащую впереди задницу тети Лены и вспоминая, как я гладил ее какие-то полдня назад.

Вечером мы отправились в гости. Лена нарядилась в какой-то сарафан значительно выше колен, а я оделся как обычно в футболку и шорты. Стол был уже накрыт. Закуска была преимущественно дачной из всяких огурчиков, редисок и тому подобного, а в центре возвышалась литровая бутыль чего-то мутного, предположительно - самогона. Василий, усадив нас за стол, немедленно разлил самогон по стаканам, не забывая капнуть и мне (на самое дно, только для порядка) и провозгласил тост, как водится - за урожай. Потом последовал еще один, и еще, и еще... Наливал он не меньше, чем по сто грамм, наверное, сказывался жизненный опыт, так что захмелели они очень быстро. Рука Васьки уже блуждала по оголенным коленкам тети Лены, она отталкивала ее, делая страшные глаза, Василий вновь проявлял настойчивость, не забывая другой рукой наполнять стаканы. Наконец они решили, что детям пора спать и единогласно отправили меня домой в койку. Сообразив, что спорить с двумя пьяными взрослыми бесполезно, я послушно направился к двери. Однако выйдя на улицу и демонстративно громко хлопнув калиткой, домой я вовсе не пошел. Выждав минуты три, я на цыпочках, стараясь не производить никакого шума, прокрался обратно к дому и заглянул в окно.

Напрасно я старался соблюсти тишину. Я опоздал. Тетя Лена стояла нагнувшись, положив на стол руки, а на них голову и тоскливо смотрела в сторону. Сзади Василий, закинув подол сарафана ей на спину, резкими толчками вгонял в нее член.

Голова тети Лены подергивалась в такт толчкам мужчины, но лицо выдавало полное отсутствие удовольствия. Никаких звуков сквозь закрытое окно слышно не было. Вдруг он замер с раскрытым ртом, постоял так и завалился тете на спину. Выбравшись из-под него, она что-то сердито сказала. Васька ответил, разводя руками и показывая на обвисший член. Посмотрев на это и потрогав его пальчиками, тетя опустилась на колени и взяла член в рот. Минут через десять стало ясно, что усилия ее ни к чему не приведут. Она встала, налила себе полный стакан самогона, залпом выпила и принялась что-то со злостью выговаривать Ваське. Я понял что представление окончено и поспешил домой.

Успел я вовремя. Как только я разделся и улегся в постель послышался хлопок входной двери и раздраженное бормотание тети. Заглянув ко мне в комнату, она спросила

- Вовка, ты спишь?

Я благоразумно промолчал, стараясь изображать глубокое равномерное дыхание спящего человека.

- Ну спи. - пробормотала она и удалилась к себе, по пути с грохотом зацепившись за стоявшее в коридоре ведро.

Спать у меня не получалось, перед глазами стояли Васька и тетя Лена. Да еще что-то начало крутить в животе, наверное, от непривычной пищи. Деваться было некуда, я встал и отправился в туалет. Возвращаясь, подумал, что в доме должна быть какая-нибудь аптечка на подобный случай, но где ее искать? Придется будить тетю, авось не настолько пьяна, чтобы этого не помнить.

Ночь была темной. Осторожно проскользнув в ее комнату, я наощупь приблизился к кровати, ориентируясь по сопению тети Лены и легонько потряс ее за плечо.

- Васька, ты чтоль? - послышался ее сонно-пьяный голос. - Стоит у тебя наконец? Ну давай еще раз попробуем.

С этими словами она, встав на колени и оставив голову на подушке, повернулась ко мне задом и задрала ночнушку. Прямо передо мной тускло белели в темноте ягодицы, а под ними скрывалось во мраке то, о чем я мечтал весь день. Я понял, что такое везение бывает раз в жизни и если я им не воспользуюсь, то завтра можно смело идти сдаваться в психушку. Скинув трусы, пристроился сзади и помогая себе рукой, скользнул внутрь. Там было очень, очень влажно. Наверное, еще и Васькина сперма осталась - подумал я, но сознание уже заволокло блаженством. Схватившись за бедра, я принялся трахать ее со всей нерастраченной юношеской энергией. Вскоре она начала подмахивать и постанывать, а потом и стонать во весь голос. Я увеличил скорость, и вот влагалище плотно охватило меня, выдаивая все до капли. Она затихла, приходя в себя. Воспользовавшись этим, я тихо покинул комнату и нырнул к себе в постель, где и заснул сразу же, утомленный сегодняшними приключениями.

Проснулся я на следующий день поздно и сразу же принялся перебирать в памяти вчерашние события. Внутри меня бродила дикая смесь восторга и ужаса от собственной смелости. Однако сегодняшняя действительность оказалась совершенно обыденной, тетя Лена мирно хлопотала у плиты, ничем не напоминая о вчерашнем дне. Накормив меня завтраком, она отправилась в огород, а я устроился загорать неподалеку. Через полчаса над забором образовалась физиономия Василия. Подождав, пока тетя подойдет поближе, он завел с ней какой-то разговор. Слов мне слышно не было, но по-моему, они о чем-то спорили. Так и не придя к общему мнению, тетя развернулась и пошла к дому.

- Да ладно тебе, Лен... - крикнул ей вдогонку Василий - точно говорю - приснилось тебе это!

Ага, подумал я, вот тетя и выяснила, что Васька к ней ночью не приходил. Интересно, поверит она, что ей все приснилось, или нет? Проходя мимо меня, тетя притормозила, окинула меня внимательным взглядом, но ничего не сказав пошла дальше. Ну понятно, прикидывает, не мог ли это быть я. Пусть прикидывает, сам я ни за что не сознаюсь, а догадки к делу не пришьешь. Однако расспрашивать меня никто и не собирался, тетины методы оказались другими. Она вышла из дома в купальнике, с покрывалом в одной руке и кремом от загара в другой.

- Я тут подумала, что это я работаю да работаю? Надо же и позагорать, раз на даче оказалась. - говорила она, расстилая покрывало рядом со мной.

- На вот намажь меня кремом - протянула она тюбик и улеглась на живот.

Мазать я начал с нейтральных мест, со спины и плеч, постепенно спускаясь все ниже. Старательно обойдя застежку лифчика, я постепенно приближался к части, закрытой трусиками. От поглаживания женского тела у меня в трусах возникло некоторое шевеление, постепенно переходящее в полноценную эрекцию.

- Все, готово. - сказал я, тщательно намазав все до самых трусиков и поборов соблазн сказать, что они мешают и надо бы немного сдвинуть.

- Как это все? - удивилась тетя - А ноги? Нет уж, раз взялся, делай до конца.

Пришлось продолжать. Чтобы мне было удобнее, тетя развела ноги в стороны, причем, как мне показалось, чуть шире, чем было нужно. Начав от колен, я не спеша перемещался по ногам вверх. Добравшись до трусов, я, стараясь их не касаться торопливо завершил работу. Член мой к этому времени разве что не дымился, беспардонно оттопыривая плавки. Я поймал себя на том, что давно уже неосознанно прижимаюсь им к тетиной ноге.

- Не-е-е, Вовка, халтуришь - раздался голос тети - ты все хорошо мажь, чтобы нигде не пропустить.

Ладно, раз хочешь хорошо - будет тебе хорошо. Задавив в себе осторожность, я принялся размазывать крем у самой кромки трусиков, иногда забираясь неглубоко под них на ягодицах, а иногда рука соскальзывала между ног, ощущая под тонкой тканью упругие половые губы.

- Хватит, Вовка, хватит. - наконец сказала она - теперь все нормально. А давай и я тебя намажу?

Отдав ей тюбик, я улегся на живот, постаравшись расположить торчащий член так, чтобы он не слишком мешал. Тетя тоже решила начать со спины, но расположилась по своему - перекинув ногу через меня, она прижалась промежность к моей заднице и принялась мазать. Получалось это у нее быстрее и лучше, чем у меня.

- Переворачивайся. - сказала она, закончив с тыльной частью моего тела.

- Может не надо? - жалобно попросил я. Лежать перед ней на спине с оттопыренными плавками не хотелось. - Может я так сегодня загорать буду?

- Надо! Обгоришь еще, что я матери твоей скажу? Переворачивайся!

Перевернувшись на спину, я с отсутствующим видом уставился в небо, разглядывая проплывающие там редкие облака. Никак не прокомментировав стоящие палаткой плавки, тетя принялась за дело. Начав в этот раз с ног, она быстро добралась до паха, однако, вопреки моим ожиданиям, сделала вид, что ничего не замечает. Теперь настала очередь груди и живота. Однако для этого тетя опять приняла любимую позу - усевшись на меня сверху. Член оказался плотно прижат у нее между ног. Я прикрыл глаза, отдаваясь ощущениям. Теперь вся тетина сноровка куда-то подевалась - руки медленно шевелились на одном месте, а таз ее наоборот, двигался гораздо энергичнее. Тетина промежность легко скользила вдоль члена, плавки мои, и так с трудом прикрывавшие головку, сползли, полностью освободив содержимое. Вдруг одна ее рука пропала с моей груди и через секунду я почувствовал, что член трется уже не о ткань купальника, а обо что-то мягкое и влажное. Приоткрыв глаза, я скосил взгляд вниз. Тетя просто сдвинула в сторону узкую полоску трусиков и теперь член находился между пухлых губок, задевая головкой клитор. Тетины движения становились все размашистей, прижимаясь ко мне все плотнее, она запрокинула голову и тяжело дышала. Вдруг тетя особенно сильно скользнула вперед и при обратном движении головка провалился в предназначенное для нее отверстие по самый корень. Тетя охнула, но темпа не убавила, продолжая насаживаться на меня. Лежать и наблюдать, как тебя трахает женщина, можно бесконечно, но физиология этого не позволяет. Очень скоро вся моя сперма оказалась в ней. Она, казалось, этого не заметила, продолжая скакать на мне, но скоро часто задышала и повалилась мне на грудь, продолжая вздрагивать бедрами. Опавший член вывалился из нее, следом на меня хлынула сперма вместе с ее выделениями.

3

Скатившись с меня, тетя пристроилась рядом, приподнялась и хитро глядя на меня, спросила:

- А скажи-ка мне, Вовка... Что-то член твой мне знакомым показался. Мы с ним раньше не встречались, а?

Я замялся, промычав что-то невразумительное.

- Ну говори, говори - требовала она - Что теперь-то скрывать?

Пришлось во всем сознаться.

- Я так и думала - с торжеством сказала тетя - Нет у Васьки привычки в дом ко мне ходить. Да и стоит у него плохо, а если уж и стоит, то недолго. То-то мне показалось, что очень он ночью разошелся. А утром прикинула что к чему - получается, кроме тебя больше некому.

Я лежал и смущенно молчал. Хорошо, конечно, что все разрешилось так просто и ничего мне за это не будет, но столь резкий переход за сутки к взрослой жизни осознать было нелегко.

- Ну что, раз уж позагорать у нас не получилось, пойдем тогда обедать. - запихнув мой вялый член в плавки, тетя деловито собирала свое покрывало. - только сначала в душ, крем смывать.

Надо ли говорить, что в душ мы пошли вместе. Тут у меня появилась возможность не спеша рассмотреть ее обнаженной. Для своих лет тетя выглядела неплохо, нигде ничего не висело, целлюлит в глаза не бросался, грудь выглядела нисколько не обвисшей, несмотря на внушительный размер. Из-за тесноты мы все время задевали друг друга, иногда случайно, чаще сознательно, так что через пять минут мой дружок был в полной боевой готовности. Намыливая тете спину, я размышлял, как бы ей вставить прямо сейчас. Останавливало меня только то, что от такой навязчивости она могла обидеться и отлучить меня от своего тела навсегда. Ну, во всяком случае, надолго. Тем временем моя рука сама собой нырнула между ее призывно раздвинутых ног. Намыленный большой палец легко вошел во влагалище, а указательный принялся теребить клитор. От неожиданности тетя выпрямилась и резко повернулась ко мне.

- Сдается мне, Владимир, ты не все мне рассказал. - угрожающе протянула она. - Расскажи-ка, как тебе в автобусе ехалось? А то что-то и рука твоя мне очень уж знакомой кажется!

Сначала я мялся и ломался, но тетя наседала и выложить пришлось уже совсем все. Я думал, что теперь-то точно все кончено, но она только рассмеялась.

- А мне даже понравилось под конец. - сквозь смех сказала она, прижимая меня к себе и умудрившись зажать при этом член между бедер. - Сначала, конечно, был шок-как это меня неизвестно кто в автобусе лапает, а потом вроде ничего, аккуратно лапает, старательно, приятно даже. Где это ты такому научился?

На мои сбивчивые уверения, что это я первый раз и оно само так получилось, она только похохатывала, чем еще больше вгоняла меня в краску.

- Да ты, Вовик, маниак! - говорила она. Да не простой, а талантливый маниак! Надо же, первый раз, и так умело действовал! - Наконец она обратила внимание на мой член, которым я помимо своей воли пытался двигать между ее ног. - Пойдем в дом, проверим остальные твои таланты!

Затащив меня в спальню, она упала на кровать, широко раскинув руки и ноги.

- Ну-ка, доставь женщине удовольствие!

Плохо представляя себе, что делать, я решил начать с поцелуев. Начал, как положено, с губ, тем более в этом-то опыт у меня уже был, затем переместился на шею, потом на груди. Посасывая и покусывая неожиданно набухшие и затвердевшие соски, я понял, что несколько задержался здесь, когда тетины руки мягко, но настойчиво толкнули мою голову ниже. Проскользив по животу, я провалился носом ей между ног. Высунув язык насколько возможно, я попытался запихнуть его во влагалище. Длины языка явно не хватало. Тогда я повел им вверх и нащупав клитор, принялся его вылизывать. По тетиным стонам и по тому, как она прижала мою голову к себе, я понял, что именно это и было нужно. Разведя руками губки в стороны, я продолжил начатое, отчего тетя вскоре кончила, сильно сжав бедрами голову и оросив мой подбородок потоками влаги. Поскольку член мой уже давно просил, чтобы его куда-нибудь сунули, я взобрался на нее и принялся неумело искать головкой вход. Нащупав его, резко толкнул член внутрь и принялся лихорадочно вбивать его в тетю, опасаясь, что она снова придумает что-нибудь только для собственного удовлетворения. Боялся я напрасно, этот способ нравился ей не меньше других. Обняв меня ногами, она с громкими стонами подталкивала в себя мою задницу, член проваливался в нее по самые яйца. На этот раз я сумел продержаться значительно дольше, тетя успела кончить раза два.

- Жалко, Вовка, что я завтра уезжаю. - говорила она, перебирая мои яйца, когда мы лежали рядом и отдыхали. - Кабы знала, я бы пару недель отпуска взяла. Да только сегодня вечером все равно мать твоя приедет, при ней не получится. Если только ты и ее не соблазнишь, маньяк этакий!

- Да ну, теть Лен, вы что... Она ж мне мать... Она меня убьет наверное за такое...

- Может и убьет... а может и нет. Она тоже женщина одинокая, мужика давно не было. А ты-то, Вовик, сможешь собственную мать трахнуть?

- Смогу наверное. А вы, теть Лен, ее спросите при случае, сама-то она сможет... ну с сыном? Мне интересно...

- Ладно, при случае спрошу. А теперь одевайся, убираться надо и мать твою встречать готовиться.

Мама приехала ближе к вечеру, попав сразу к ужину.

- О, да у вас все готово! Это хорошо. Сейчас отпуск мой отметим - обрадовалась она, осторожно поставив на пол позвякивающую сумку. - Я и вина привезла.

Мне, конечно, никто не наливал, мотивировав тем, что не дорос еще, а вот женщины с удовольствием приговорили пару бутылок. Вино - не водка, пьяными они не стали, но пребывали навеселе. Сидеть и слушать, как они увлеченно болтают о своих женских делах было скучно, поэтому я их покинул, завалившись на веранде с книжкой на диван. Темнело, читать оказалось невозможно и я, отложив книгу, просто уставился в медленно угасающее небо. В голову лезли мысли сексуального характера, с матерью в главной роли. Надежды на такое не было никакой, но помечтать приятно. В доме хлопнула дверь, послышались шаги. Мимо, не заметив меня в сумерках, покачиваясь, в сторону туалета прошла тетя Лена. Интересно, она же поговорить обещала с мамой об этом. Может, просто так сказала, чтобы я отвязался?

- Теть Лен! - шепотом позвал я, когда она поравнялась со мной на обратном пути.

- А, Вовка, ты здесь. Что ты тут один в темноте сидишь? - она подошла ко мне.

- Да так, на закат смотрю. Скучно что-то. - я запустил руку ей под юбку, поглаживая промежность через трусы. - Теть Лен, помните, вы обещали с мамой поговорить? Ну, про это...?

- Ты что, правда этого хочешь?

- Конечно! Вот - я положил ее руку на оттопырившиеся шорты.

- А меня уже не хочешь!? - она сильно сжала член.

- И вас тоже, и маму. Ну поговорите?

- Ладно уж, маниак, попробую.

Как только тетя скрылась за дверью, я, вприпрыжку обежав дом, притаился у открытого окна, желая быть полностью в курсе событий. Похоже, разговор о проблемах с половой жизнью шел у них уже давно. Мама жаловалась на долгое ее отсутствие из-за того, что все мужики козлы, тетя советовала ей быть проще и в терапевтических целях пользоваться любыми. Тут же она порекомендовала ей Ваську - как спасителя от недотраха всех окрестных женщин, предупредив однако, что многого от него ожидать не стоит.

- А кстати - продолжала она - у тебя дома мужик есть - Вовка. Вполне уже годится, вон как вырос.

- Ты что, Ленка, с дуба рухнула!? - мамина реакция четко показала, что такая мысль ей даже в голову не приходила. Но в тете проснулся невиданный ранее талант убеждения, через 10 минут мама уже просто отказывалась, перестав громко возмущаться этим непристойным предложением, а через 20 они заинтересованно прикидывали все его плюсы и минусы. Решающим аргументом послужил рассказ тети о событиях прошлой ночи, особенно когда она высказала свою якобы твердую уверенность, что это был я. О том, что было днем, она умолчала. Решив в конце концов, что плюсов больше, они перешли к разработке конкретного плана. Все это было затеяно исключительно ради мамы, мы-то знали, что я давно готов и меня надо только позвать. К этому же пришли и они, порассуждав немного и не придумав ничего оригинального. Пригласить меня и объяснить ситуацию вызвалась тетка. Оставив их готовится, я вернулся на веранду и принялся ждать.

Вскоре из дома раздался голос зовущей меня тети. Метнувшись к ней, я был предупрежден о недопустимости спешки и проведен в комнату. Мама лежала на постели обнаженная, плотно зажмурившись, сжав ноги и прикрыв груди руками. У меня перехватило дыхание. Сбросив с себя одежду, я ринулся к ней.

- Стой! - тетя схватила меня за руку - Я тебе что сказала? Не спеши! Чему я тебя сегодня учила?

4

Подойдя к кровати, я осторожно прикоснулся к маме, погладил, преодолевая сопротивление, убрал одну руку с груди и поцеловал сосок. Мама лежала не шевелясь и не открывая глаз. Скользнув губами по маминому животу, я спустился к ее плотно сжатым ногам. Раздвинуть их мне так и не удалось. Мои губы опять двинулись вверх. Краем глаза я заметил, как тетина рука проникает маме между ног и что-то там делает. Освободив и вторую грудь от маминой руки, я принялся покрывать их поцелуями. Вскоре соски ее приняли возбужденный вид, а ноги разошлись в стороны, впуская тетины пальцы. Вдруг мамина рука прикоснулась к моему колену и проскользив кончиками пальцев по ноге, нащупала член. Мамины пальцы принялись изучать его легкими прикосновениями, ощупывая, поглаживая, нежно обхватывая и сжимая. Тетя же, разведя мамины ноги как можно шире, бесцеремонно схватила меня за голову и направила в промежность. Пришло время попробовать маму на вкус. Клитор ее оказался намного больше, чем у тети, я играл с ним, одновременно вставив два пальца в уже мокрое влагалище. Тем временем тетя массировала мамины груди, иногда целуя ее в губы. Сначала мама не отвечала на эти поцелуи, но потом освоилась и они уже не отрывались друг от друга. Дождавшись, когда мамины бедра начнут покачиваться мне навстречу, я решил что уже пора. Неловко взобравшись на нее и глубоко вдохнув, я погрузился в родное влагалище до упора. Мама, казалось, этого не заметила, продолжая целоваться с тетей, однако ноги ее обхватили меня и я начал скользить в теплом, плотно охватившем меня влагалище. Мысль о том, что я трахаю свою мать, добавляла мне возбуждения, я быстро кончил и сел на кровати у маминых ног, наблюдая вытекающую из нее тонкую белую струйку. Член мой, однако, продолжал стоять. "Вообще-то у меня теперь две женщины" - с этой мыслью я встал и подойдя сзади к тете, склонившейся над мамой, задрал ей юбку и сдернул трусы до колен. Сунув руку ей между ног, я неожиданно для себя обнаружил, что там уже находится мамина рука, поглаживающая тетю и иногда ныряющая во влагалище. Приставив головку тете между ног, я дождался, когда мамины пальцы освободят нужное мне отверстие и резким толчком занял их место. Теперь мама вместо проникновения в тетку нежно гладила мои болтающиеся яйца. От такой стимуляции я совсем потерял связь с действительностью, только долбил и долбил тетю, крепко вцепившись в ее ягодицы. Наконец, выдоив из меня остатки семени, мы повалились на кровать.

После такого времяпрепровождения места стеснительности ни у меня, ни мамы не осталось. У тети, похоже, ее никогда и не было. Немного отдохнув, женщины принялись вновь приводить в боевое положение моего дружка. При этом я впервые попробовал, что такое оральный секс. Они на спор сосали примерно по десять секунд по очереди, зорко наблюдая, у кого же во рту член полностью встанет. Победила тетя, как более опытная. Хотя она при этом и схитрила - незаметно облизав палец, она ввела его мне в зад и принялась массировать простату. Неудивительно, что член мой тут же вскочил, упершись ей в горло. Как победительница, тетя немедленно меня оседлала, принявшись плавно раскачиваться. Поглядев на это, мама уселась, прислонившись спиной к стене и запустила руку себе между ног. У меня же после двух оргазмов чувствительность члена резко снизилась, а так как из тети еще и обильно текло, я мог не бояться преждевременно кончить. Я просто лежал и смотрел, предоставив женщинам пользоваться мной так, как им захочется. Получив свое, тетя слезла с меня, освободив место для мамы, которая немедленно на нем и оказалась, а сама заняла ее место, глядя на нас. Мамино влагалище было поуже, это было приятнее, но пока я кончил, они успели поменяться еще два раза. Получив желаемое, женщины вспомнили, что я все-таки подросток и пора бы прекратить уже меня сексуально эксплуатировать, да и вообще спать пора. Уставший, я с радостью поплелся к себе, где и уснул, едва добравшись до кровати.

Следующее утро прошло в сборах - тетя уезжала. Все были заняты, про вчерашний вечер никто не вспоминал. Да мне и не хотелось пока ничего подобного - силы кончились еще вчера. К обеду тетю все-таки проводили и посадили в автобус. Вернувшись домой, я попытался поприставать к маме, тем более член уже начал подавать признаки жизни, но она со смехом уворачивалась и отталкивала меня, а мне не больно-то и хотелось. Ближе к вечеру мама позвала меня для, как она сказала, серьезного разговора.

- Владимир, как ты знаешь, со вчерашнего дня у тебя и меня началась совершенно новая сексуальная жизнь. - на лице ее не было и намека на какие-то шутки - Скажи, тебе понравилось с двумя женщинами? Это же лучше, разнообразнее, так?

- Ну да, так. - согласился я, соображая, к чему весь этот разговор.

- Тогда ты понимаешь, что я тоже не прочь попробовать иногда кого-нибудь другого?

- Да, мам.

- Так вот, я тут утром, пока ты спал, познакомилась с соседом нашим, Василием. И Лена мне тоже кое-что про него рассказала. Он меня сегодня вечером в гости звал. Ты же, наверное, догадываешься, для чего? Так как ты посмотришь на то, что я к нему разочек схожу?

Вообще на сегодняшний вечер и на маму у меня были свои планы. Но раз уж ей так хочется... Тем более, зная об особенностях секса с Васькой, я был уверен, что мама там долго не задержится, а я свое все равно получу. Но раз она у меня спрашивает разрешения, значит от меня тоже что-то зависит и я могу за это себе чего-нибудь выторговать.

- Да конечно, мам, сходи. Тетя Лена тоже ходила. Только ты это. . меня с собой возьми. Если надо, я потом уйду. В окно посмотрю, это же можно, раз у нас теперь такая жизнь и нет секретов?

Теперь задумалась мама.

- Не знаю, я так не пробовала никогда. А Васька как к этому отнесется? - задумчиво произнесла она. Потом глянула на меня и улыбнулась - А черт с ним, с Васькой. Попробуем.

Вечером, принарядившись, мы отправились в гости. Мама надела свободное платье до колен, а под него - красивое белье. Против белья я возражал, доказывая, что лучше без него, но мама не согласилась, убедив меня, что для соблюдения приличий в первый раз белье должно быть. Моя подготовка заключалась в том, что я трусов решил не надевать, натянув шорты на голое тело. Василий встретил нас на крыльце, радушно улыбаясь и ощупывая маму взглядом, особенно задерживаясь на ее выпуклостях. В комнате был накрыт стол, как две капли воду похожий на тот, что я уже видел. Застолье началось.

Все протекало так же, как и в тот раз. Васька ни на шаг не отступал от тысячи раз проверенной процедуры. Количество самогона в бутыли уменьшалось, мама раскраснелась и расстегнула уже вторую пуговку на платье, ссылаясь на жару. Ее полные груди, выглядывающие из кружевного лифчика, смотрели прямо на Ваську. Он уже вовсю наглаживал мамины коленки, она пьяно хихикала и отталкивала его руку, которая тут же возвращалась на прежнее место. Уже два раза от Василия прозвучало предложение отправить детей, меня то есть, спать, однако мама каждый раз этому противилась, заявляя, что я уже достаточно вырос, чтобы посидеть еще. Чтобы не маячить у него перед глазами, я отошел от стола и устроился в уголке на диване, надеясь, что выпитый им самогон поможет мне остаться незамеченным. Это действительно помогло, не видя меня перед собой, он перешел к решительным действиям - притянув маму к себе одной рукой и целуя ее, другой он нырнул под платье, забираясь ей между ног. На этот раз мама не стала сопротивляться, ноги ее разошлись, открывая Василию полный доступ, а рука ее забралась ему в штаны. Мамино платье задралось и я видел, как Васька, погладив ноги, пробрался вверх, уткнувшись там в непреодолимую преграду в виде трусов. Толи они были маловаты, толи специально так задуманы, но все его попытки проникнуть под них потерпели неудачу. Наконец мама, поняв в чем дело, приподняла попу и сама ловко стянула их, отбросив в сторону. Василий в это время успел расстегнуть оставшиеся пуговицы на платье и достать груди из лифчика, впившись в них губами. Рука его вернулась в промежность, два пальца сразу же погрузились во влагалище, принявшись совершать там разные сложные движения. Тут мама извлекла из штанов Васькин член, и я понял, что же такого нашли в нем окрестные бабы, несмотря на его частые неудачи. Член, скромно выглядевший опавшим, в боевом положении был раза в полтора длиннее и толще любого, мной раньше виденного. Мама тоже выглядела слегка ошарашенной, но отступать было поздно. Она встала и перекинув ногу через Ваську, попробовала сесть на его монстра. С моего места хорошо было видно, как ее губки растянулись, казалось, дальше некуда и вот-вот лопнут, а толстая фиолетовая головка еще даже не вошла полностью. Приподнявшись и отдохнув, мама начала вторую попытку. С пятого раза головка все же скрылась внутри вся. Дальше пошло легче. Медленно-медленно, глубоко дыша мама опускалась, надеваясь на этот кол. Василий сидел неподвижно зажмурившись, наслаждаясь ощущением узкого влагалища. Глядя на это фантастическое зрелище, я сдернул шорты и выпустив свой скромный колышек на свободу двигал по нему кулаком. Надевшись до половины, мама решила дальше не рисковать, быстро но плавно она поднялась вверх, выпрямив ноги, и принялась ощупывать растянутую дыру, проверяя, не порвала ли она себе что-нибудь. Убедившись, что все нормально, она вновь уселась на Ваську. На этот раз растянутое влагалище впустило в себя этот столб легче, но со стороны все равно выглядело страшно, я так и ждал, что вот-вот сейчас что-нибудь лопнет с сухим треском. Мама посчитала, что половины длины члена ей вполне достаточно, и ниже не опускалась. Достигнув этого рубежа, она вновь поднялась вверх, на этот раз не вынимая головку из себя. Гордая собой, она посмотрела на меня, завороженно дрочащего, хихикнула и показала мне язык. Привычно опустившись на член до середины, она замерла, приготовившись приподняться. Но Ваську, видимо, траханье на полконца не устраивало, и он знал, как с этим бороться. Не открывая глаз, он незаметно просунул руки ей под колени и резко дернул их вверх. Лишившись точки опоры, мама под всем своим весом шлепнулась ему на колени, нанизавшись на член до конца. От ее визга у меня заложило уши, она завертелась, пытаясь вскочить, но Васька крепко держал ее под колени, задрав ей ноги и прижав их к груди. Таким образом, встать на пол мама не могла и всей тяжестью оставалась до упора надетой на Васькину дубину. Наконец визг прекратился, мама сидела как бабочка, насаженная на иглу и тихо всхлипывала. Василий осторожно опустил ее ноги на пол, но мама уже не делала попыток соскочить с него.

5

- Тише, дурочка, не плачь - утешал он ее - это как целку ломать - один раз вначале больно, а потом понравится. Не порвалось у тебя ничего - сто раз проверено уже, не настолько он у меня большой.

Мама продолжала молча всхлипывать. Васька, решив, что все слова уже сказаны и пора успокаивать делом, взял маму за бедра и принялся покачивать ее на члене, не приподнимая. Мамин клитор, и так не маленький, а из-за огромного члена внутри торчащий еще больше, терся о Васькин волосатый лобок. Вскоре это возымело свое действие - сначала прекратились всхлипы, а затем послышались стоны удовольствия. Мама уже начала слегка подпрыгивать на Васькином столбе, когда он глубоко вздохнул и насадив ее на себя, замер. Поняв, что произошло, мама принялась энергично подпрыгивать, но было уже поздно - еще совсем недавно угрожающе выглядевший член на глазах сдувался, превращаясь в невзрачную тряпку. Выскользнув из мамы, он повис, не внушая никаких надежд на скорое оживление. Василий виновато смотрел на маму и что-то пробормотал. Вдруг краем глаза он заметил меня. Повернув голову и раскрыв рот, он уставился на внимательно их разглядывающего и дрочащего при этом пацана, сидящего в полутора метрах от них. Не в силах ничего сказать, он молча тыкал в мою сторону пальцем и беззвучно открывал рот, другой рукой стараясь прикрыть свою и мамину наготу какой-то тряпкой, напоминающей мамино платье.

- Успокойся, Вась. - сказала мама, заметив его беспокойство. - это ж сын мой, он в курсе, зачем я здесь.

Внезапно мама заметила, что я сижу не просто так, а сжимаю в кулаке глядящий в потолок член. Спрыгнув с Васькиных колен, она моментально оказалась скачущей на мне, пытаясь получить хотя бы один честно выстраданный оргазм. Однако несмотря на соблазнительно подпрыгивающие перед глазами груди, я не почувствовал вообще ничего. Да и мама вскоре поняла, что после Василия делать мне в ней нечего. Растянутое во все стороны влагалище ни с какой стороны не касалось моего члена. Поняв это, она затихла, грустно положив голову мне на плечо. Поняв, что маму надо спасать, я опрокинул ее на диван и резко разведя ноги в стороны, впился губами ей в промежность. Скоро она начала оживать, постанывая и подаваясь бедрами мне навстречу. Неожиданно я почувствовал руку на своем плече. Рядом стоял Василий.

- Отойди-ка, пацан. Это я виноват, мне и вину искупать.

Уступив ему место, я с завистью понял, что мне предстоит еще учиться, учится и учится. Что он там делал мне было не видно, но по маминой реакции я понял - уж чего-чего, а опыта у Васьки не отнять. Мама извивалась, стонала, вскрикивала, прижимая Васькину голову к себе, что-то неразборчиво бормотала... Про себя я решил, что с Василием надо пообщаться получше - вдруг выдаст какие-нибудь секреты, а то и вообще напросится к нему в ученики. Пока я так думал, мое внимание привлекла мамина голова, свесившаяся через подлокотник, с полузакрытыми глазами и эротично приоткрытым ротиком, из которого доносились глухие стоны. Подойдя к ней, я сжал мамину голову ладонями с двух сторон и сунул свой член ей в рот. Она с готовностью принялась его посасывать, но мне, перевозбужденному, этого оказалось мало. Я начал просто трахать ее в рот, стараясь вбить член как можно глубже. Видимо, положение рта на одной линии с горлом при запрокинутой голове это позволяло - член без особых усилий входил ей между губ по самые яйца. Мама не обращала на это внимания и просто лежала, приоткрыв рот - все ее чувства сосредоточились внизу, где орудовал Василий. Не могу сказать, сколько это продолжалось, но очнувшись, я увидел, что член мой висит, а из маминого рта стекает сперма, на что она не обращает внимания, находясь после оргазма в полуобморочном состоянии. У ног ее сидел Василий, с улыбкой до ушей на перемазанном мамиными соками лице, не забывая при этом пошевеливать вставленными в маму пальцами, что изредка вызывало у нее непроизвольные судороги и стоны.

После мы сидели за столом, ели, пили и разговаривали. Мне, как полноценному мужику, Василий налил стопку своего фирменного самогона и заставил выпить, не обращая внимания на протесты мамы. Он вообще оказался неплохим мужиком, невзирая на некоторые свои недостатки.

- Ты вот, Вовка, говоришь, что завидуешь мне, моему размеру. А зря. Это только смотрится так гордо и внушительно, а на самом деле одни неприятности. Вот не поверишь, как увидят бабы - так не дают. Некоторые сразу сбегают, некоторые после примерки... Ну не лезет в нее и все! Они и так, и сяк, и сверху, и снизу, и раком, и с вазелином... интересно ж такой размер попробовать... все равно больно. Про в рот или в задницу вообще никакого разговора нет, даже пробовать не хотят. Не, некоторые из принципа в рот запихивают... только толку-то все равно нет. Я ж глядя на это шевельнуться боюсь - вдруг порву чего. А некоторые, как мать твоя, с трудом, но сядут до половины, а дальше не хотят. Это я уже потом придумал, как их полностью посадить. Когда понял - если до середины вошел, то и весь влезет.

- Молчи уж! - прервала его монолог мама. - я и так на него еле села, думала порву себе все. А уж когда до конца. . все, думаю, в клочки... ходить мне теперь с громадной дырищей между ног. Хорошо еще, если зашивать не придется. А больно-то как! Убить бы тебя, Васька... Еще и чуть неудовлетворенной не оставил. . Нафига тогда я, спрашивается, все это терпела?

- Ну не оставил же. - довольно улыбался Васька - тебе же понравилось, я видел. Да и не порвал ничего и не растянул - сама посмотри. Зато теперь тебе уже легче будет, вот увидишь.

- Нет уж, больше ко мне со своей дубиной не подходи! - мама ощупала себя внизу - вроде и правда не очень растянул.

- Дядь Вась - встрял я во взрослый разговор - а что ты такое маме делал, что ей понравилось? Я тоже так научится хочу.

- Это, пацан, мой главный секрет, я его кому попало не выдаю - страшным шепотом отвечал Василий под аккомпанемент звонкого маминого смеха. - вот уговоришь мать дать мне еще раз-тогда скажу.

За разговорами время пролетело незаметно и расстались мы уже хорошими друзьями, пообещав Василию регулярно его навещать, хотя бы с целью просто пообщаться.

Вернувшись домой, мама разделась и еще раз внимательно оглядела свои половые органы.

- Нет, Вовка, ну ты глянь, какая все-таки сволочь этот Васька! - с тоской говорила она. Зрелище действительно было страшноватым - между багровых губ зияла незакрывшаяся дыра.

- Кажется, тебе, Вовка, с матерью больше делать нечего - продолжала она. - если только вырастешь до Васькиного размера.

- Да ладно, мам, давай лучше спать. Может, завтра опять все нормально будет. - усталость и выпитый самогон неодолимо тянули меня в койку.

Мама повздыхала еще немного и чем-то смазала натруженное место, после чего мы разошлись по кроватям.

Поутру, едва проснувшись, я сразу вспомнил, чем окончился вечер. Теперь, когда я выспался и протрезвел, до меня дошло о чем вчера говорила мама. Получается, Васька так маме все растянул, что секс с ней для меня теперь невозможен? Как же так, еще вчера все было замечательно, две женщины, головокружительные перспективы, и на тебе! Опять ни одной! А может, обойдется как-нибудь? Выпрыгнув из-под одеяла, я понесся в комнату к маме проверять ее состояние. Она еще не встала, но уже не спала.

- Мам, ну как ты сегодня? - первым делом спросил я, забираясь к ней под бок.

- Не знаю еще, только проснулась. Вроде не болит ничего.

Вопрос был для меня настолько важным, что я тут же бесцеремонно сунул руку маме между ног. Она улыбнулась, но ноги слегка раздвинула. Тщательно все там проверив, я пришел к выводу, что ничего не понятно. Тем временем мама в ответ на мои манипуляции внутри влагалища нащупала под одеялом член и стала тихонечко дрочить. Приведя его должное состояние, она забралась на меня и направила его в себя.

- Хочешь проверить? Проверяй как положено! - и принялась трахать меня.

Слава богу, все оказалось не так уж и плохо. От прежнего узкого влагалища, конечно, осталось мало, но в общем, мне и так нравилось. Как я теперь вспомнил, тетя Лена, неоднократно оттраханная Васькой, совсем не показалась мне слишком большой. Значит, жизнь продолжается! - подумал я, выстрелив первую струю внутрь мамы.